Сеть городских журналов Where Magazines:
в 70 городах мира c 1936 года

Новое

Алкогольная история

 
 

От кустарного производства до влиятельной профессиональной отрасли: where Minsk о некоторых фактах истории алкогольной промышленности страны.

В древности наш народ пил немного: суровый труд и постоянная борьба за существование несовместимы с возлияниями и развеселым образом жизни. Другие народы — византийцы, арабы, греки — относились к нам по-разному, но вовсе не ассоциировали народ с безудержным пьянством. Хмельные напитки подавались на стол разве что по случаю важных событий: церковных праздников, свадеб, окончания сбора урожая. 

Основным сырьем в то время был мед, поэтому традиционные горячительные были слабоградусными, а их прием сопровождался обильной трапезой: медовуху, пиво, брагу, а позже виноградное вино пили либо на пиру, либо в корчме. С этих далеких времен сохранился знаменитый рефрен многих народных сказок: "И я там был. Мед, пиво пил. По усам текло, а в рот не попало". 

Крепкие напитки завоевывали себе место на белорусском столе постепенно. И не без помощи европейских купцов, которые и познакомили жителей Великого княжества Литовского с их разнообразием. По мнению ученых, крепкие алкогольные напитки на нашей территории появились на рубеже XV—XVI столетий. Но горячительное употреблялось по-прежнему умеренно, по праздникам, люди знали и соблюдали меру и строго осуждали пьянство. Спиртовые растворы и настои с кореньями и травами долгое время считались исключительно аптечными, лечебными снадобьями. 

Прообразом не лекарской, а уже веселящей водки, было "вино горелое", "гжелька" или "гарэлка". В XIX веке производство "гарэлкi" и других напитков стало значимой отраслью пищевой промышленности. В каждом более-менее крупном населенном пункте работали мини-винокурни — "бровары". По инициативе властей и частников открывались так называемые винные склады, многие из которых по сути не столько хранили, сколько производили разные виды напитков. Некоторым из возникших в то время заводов удалось пережить все будущие военные и революционные потрясения, сохранив свою профессиональную направленность до наших дней. Свою историю еще с XIX века ведут Гродненский и Климовичский ликероводочные заводы, Брестский "Белалко", Гомельский "Радамир" и Витебское "Придвинье". 

Своими медо- и пивоварнями, дрожже-винокуренными и ректификационными заводами располагал, безусловно, и Минск. Торговля шла бойко в более чем 150 корчмах, "питейных домах" и "питейных стойках". Основным районом, куда стекались жаждущие веселья минчане, был Нижний рынок (район нынешних Немиги и площади 8 марта). Отношение же к алкоголю по-прежнему оставалось спокойным: для дореволюционного Минска не были характерны кабацкие бунты и загулы с кулачными боями, столь привычные для многих городов царской России. 

Хоть правила игры на рынке неоднократно менялись, неизменным всегда оставался государственный контроль над производителями и продавцами спиртного. Власти осознавали как финансовую, так и житейскую необходимость регулирующих мер: казна неустанно пополнялась огромными суммами, да и качество продукта нужно было контролировать. В 1894 году на белорусских землях, как и во всей Российской империи, начала действовать государственная монополия на торговлю крепкими напитками, которая в приказном порядке утвердила стандарты производства. В приказном — потому что до этого момента каждый помещик считал делом чести иметь собственный рецепт и в каждой винокурне гнали водку по принципу "кто во что горазд". 

Введение монополии ознаменовало поворотный этап в развитии отрасли: старопоместные винокурни уступили свои позиции промышленному производству. И символом этих изменений стало открытие в Минске дрожже-винокуренного завода братьев Раковщиков, предтечи современного холдинга "Минск кристалл". Братья Янкель и Зельман, происходившие из семьи успешных предпринимателей, поняли, что этот бизнес имеет большие перспективы, и, получив соответствующие разрешения, открыли на Нижне-Ляховской улице (ныне Октябрьской) дрожже-винокуренный завод. Принципиально важной чертой их производства стало то, что кустарные рецепты были заменены четкой технологией. Именно качество продукции помогло заводу быстро выйти на ведущие позиции. Уже через несколько лет работы завод стал официальным поставщиком двора Его Императорского Величества и впоследствии получал множество выгодных заказов от правительства и военных. И если в 1895 году у братьев Раковщиков трудилось порядка 20 человек, то в 1913 году насчитывалось уже полторы сотни рабочих. 

Промышленное винокурение являлось делом почетным и выгодным. Памятная книжка Минской губернии сообщала, что в 1912 году действовало 223 винокуренных завода и пять дрожже-винокуренных. Если соотнести количество жителей края (около трех миллионов) с объемом выпущенного (27 миллионов литров), то получится, что на каждую живую душу приходилось чуть более девяти литров. Купить и употребить все это можно было в 1727 "заведениях для продажи питей". Однако в целом Минская губерния не входила в число лидеров по потреблению крепких напитков. 

С началом Первой мировой войны процветанию индустрии пришел конец. В 1914 году был издан императорский указ о запрете производства и продажи всех видов алкогольной продукции. Исключение делалось для "ресторанов 1-го разряда, клубов и общественных собраний", однако продавать спиртное навынос оттуда не разрешалось. Закономерным следствием сухого закона стал бум самогоноварения. Подпольных самогонщиков и нелегальных выпивох сурово наказывали власти и стыдили публично. Печатные листки запестрели карикатурами на злобу дня и наводящими ужас сообщениями об отравлениях алкогольными суррогатами. Однако был и большой и неоспоримый плюс: народ протрезвел! Как писали газеты, ссылаясь на промышленников, в поведении рабочих произошел настоящий переворот: заметно поднялась производительность труда, уменьшилось количество брака, почти прекратились прогулы. 

Самогонщики благополучно пережили Октябрьскую революцию и Гражданскую войну, а в дальнейшем переживали и все последующие витки борьбы властей с зеленым змием. Заглохнувшую же было алкогольную промышленность национализировали большевики. Хоть пьянство и было объявлено пережитком царизма, но вскоре к новым хозяевам страны пришло понимание: за счет производства и продажи горячительных напитков можно быстро пополнить пустующую государственную казну. Сначала были разрешены продажа населению вина крепостью до 14 градусов и восстановление винодельческой промышленности. Затем власти на местах начали давать добро на производство пива. За этой вольностью последовало разрешение наливок, и уже широким фронтом начали восстанавливаться водочные заводы, в том числе производство спирта в Минске. Так экономическая выгода в сознании строителей коммунизма победила политику партии. 

В период Второй мировой войны объемы производства значительно сократились по объективным причинам. Какие-то предприятия были эвакуированы или взорваны самими властями на местах, какие-то попали в зону оккупации. Экономика работала на нужды фронта, и первоочередной задачей для людей стала необходимость выживать. Впрочем, и в военные годы алкоголю была отведена важная роль: легендарными стали ежедневные наркомовские сто грамм на поддержание боевого духа солдат и офицеров Советской армии, а самой надежной валютой в оккупированной Беларуси по-прежнему оставалась бутылка самогонки. 

После 1945 года, понимая, что опустошенная войной и человеческими потерями страна неизбежно начнет больше пить, советские власти приняли решение изменить структуру отрасли. На долгие годы основой государственной алкогольной политики стали виноградарство и виноделие. Белорусские заводы также не остались в стороне от общей тенденции и наладили выпуск плодово-ягодных и виноградных вин, а также ликеров и настоек. С течением времени промышленность встала на ноги и вновь продолжила "кормить" бюджет. В СССР существовал такой термин — "пьяные пятилетки", когда за счет продажи спиртного вытягивались общие показатели роста экономики. До 82% в цене водки составляли акцизные сборы и только 10—12% приходилось на себестоимость. 

В 1970-е годы в БССР действовало порядка 70 спиртзаводов, которые работали в том числе и на экспорт. Это был период расцвета ликероводочной промышленности, вслед за которым последовал знаменитый горбачевский указ "О мерах по преодолению пьянства и алкоголизма, искоренению самогоноварения". После 1985 года алкогольной отрасли снова пришлось нелегко, предприятия терпели огромные убытки, а простой люд взялся за старое и вспомнил все кустарные способы производства веселящих напитков в домашних условиях. История вышла на новый виток, в очередной раз показав, что запреты и ограничения в какой бы то ни было сфере не приводят к желаемому результату. Горбачевский сухой закон, как и все прочие до него, растворился в течении жизни, оставив людям право самим определять свою меру, а производителям удовлетворять имеющийся спрос.

Дата публикации: 11.08.2017

Комментарии

Популярные события

Выходные в городе

ЖурналWhere Minsk

Рекомендации Where Minsk

Новости

Популярные|Последние
 
 
В Минске проходит выставка художника, вдохновленного якутским шаманом
 
 
103 музыканта из 7 стран одновременно выступят на одной сцене
 
 
МТС запускает услугу для безлимитного интернета в роуминге на территории Польши и Украины
 
 
Искуи Абалян выпустила новый альбом
 
 
В Минске появилась возможность скоротать вечер по-английски

© 2012-2015, LLC Travel-Press
База данных сайта и всех его поддоменов является интеллектуальной собственностью LLC Travel-Press и охраняется законом.
Сайт может содержать контент, не предназначенный для лиц младше 16 лет.